1. Устойчивый профицит СПГ на мировых рынках
Несмотря на рост мирового спроса на природный газ, появление в 2026 году новых экспортно-ориентированных заводов СПГ (новые мощности СПГ вырастут в 2026‒2030 годах в полтора раза) создаст избыток предложения, способствуя устойчивому снижению мировых цен на природный газ. Такое развитие событий, как ни странно, в долгосрочном плане может помочь производителям газа, так как повысит конкурентоспособность природного газа в соревновании с ВИЭ за долю в производстве низкоуглеродной электроэнергии.
2. Регионализация энергетических рынков
Стремясь минимизировать риски и обеспечить стабильность производства и поставок, государства под санкциями вынуждены создавать собственные замкнутые системы и формировать полные, независимые от Запада цепочки создания стоимости, которые охватывают все аспекты – от добычи и транспортировки энергоресурсов до страхования поставок и проведения платежей. В 2026 году этот тренд усилится. В то же время национальные энергетические компании получат новые возможности и стимулы для развития. Они станут ключевыми игроками в построении замкнутых цепочек создания стоимости, инвестируя в добычу, переработку, транспортировку и даже разработку новых технологий. Для России, оказавшейся под значительным давлением, процесс регионализации стал особенно актуальным.
3. Переоценка рисков, связанных с прогнозируемой нехваткой и концентрацией производства критических минералов
Зависимость от Китая, обеспечивающего 70–80 % поставок лития, редкоземельных металлов и меди, провоцирует напряженность, побуждая США и ЕС к диверсификации цепочек поставок и использованию любых средств для получения доступа к месторождениям. Однако быстрое развитие новых технологий энергоперехода может привести к изменениям в списке приоритетных минералов. Например, распространение натрий-ионных аккумуляторов, которые дешевле литий-ионных (в основном используемых сейчас), может резко снизить предполагаемую мировую потребность в литии.
4. Прорыв в использовании геотермальной энергии
Технологии EGS и AGS позволят извлекать геотермальную энергию не только в районах, известных геотермальными источниками и другими проявлениями близости геотермальной энергии к поверхности Земли. Такие проекты, как Fervo Energy в США и Eavor Technologies в Германии, могут выйти в 2026 году на коммерческую окупаемость, снижая риски бурения с помощью ИИ.
5. Переориентация возобновляемой энергетики в Китае
К 2026 году в КНР введено в эксплуатацию около 900 ГВт мощностей солнечных электростанций и порядка 500 ГВт – ветровых. Однако их функционирование нельзя назвать эффективным. Спустя 25 лет внедрения ВИЭ коэффициент использования установленной мощности (КИУМ) колеблется около 10‒11 % для СЭС и 20‒22 % для ВЭС. Некоторые аналитики уже стали проводить параллель между китайской возобновляемой энергетикой и китайскими городами-призраками, возведенными в результате переинвестирования в сектор недвижимости.
Ситуацию может улучшить намечающееся доминирование Китая в производстве зеленого водорода. КНР начала инвестировать миллиарды долларов в строительство крупнейших электролизеров на базе возобновляемых источников. Ожидается, что к концу 2026 года на страну будет приходиться 65 % глобальной мощности электролизеров, что может способствовать повышению КИУМ СЭС и ВЭС.